|
19.11.2008
14:27
Голландцы взбодрили "Кофейную кантату" Коммерсантъ В рамках восточноевропейского турне Россию посетил голландский ансамбль старинной музыки Combattimento Consort Amsterdam. Коллектив выступил в московском Концертном зале имени Чайковского, а днем ранее в Большом зале Петербургской филармонии, где его слушал ДМИТРИЙ Ъ-РЕНАНСКИЙ. | ||
|
К этому концерту Санкт-Петербургская филармония имеет самое опосредованное отношение: дирекция предоставила в аренду сцену Большого зала независимому продюсеру Нине Петровой, которая с недавних пор по-крупному играет на петербургском рынке академической музыки и своими проектами украшает бедную филармоническую афишу. По всей вероятности, концерт ансамбля Combattimento Consort Amsterdam (CCA) оказался для нее не столь успешным в финансовом плане (зал удалось заполнить на две трети), как прошедший без малого месяц назад концерт Миши Майского, но вот в чисто музыкальном плане все вышло куда беспроигрышнее.
Современные инструменты нужны CCA, на первый взгляд, из чисто практических соображений — с ними меньше возни в длительных поездках, они не нуждаются в подстройке во время концерта и расширяют аудиторию. Скажем, немаленький объем Дворянского собрания девять музыкантов CCA озвучили без проблем, а старинному инструментарию скорее подошел бы формат малого зала филармонии. Но есть, впрочем, и менее очевидные идеологические причины. С одной стороны, в лишенном всякого гедонизма, скупом и не слишком уж изысканном звуке амстердамского ансамбля слышна преемственность по отношению к левацкой простецкости голландских авангардистских групп 1970-х, вроде Orkest de Volharding или Hoketus. Вместе с тем в металлической резкости, острых атаках и дерзкой динамической форсировке угадывается нынешний аутентистский экстрим: сегодняшние CCA гораздо ближе к героям 1990-х Il Giardino Armonico, чем к ветеранам Concentus Musicus Wien. Но это что касается собственно звука, в остальном CCA в особых изощренностях не замечены и существуют в рамках исполнительской эстетики 1980-х годов на уровне каких-нибудь Les Arts Florissants.
В Петербург коллектив привез по оркестровому концерту Питера Хеллендала и Вильгельма ван Вассенара, двух голландских современников Баха, и сочинения самого Баха. Кульминацией вечера стала "Кофейная кантата" (солистами выступили регулярно выходящие на подмостки амстердамской De Nederlandse Opera Эрик Слик и Махтельд Бауманс плюс польский бас Петр Мициньски), которая силами режиссера Евы Бухманн была превращена в остроумнейший спектакль о конфликте поколений и поединке расширителей сознания. Пока юная девица Лизхен звонко целовала кофемолку и поедала гущу, ее папаша Шендриан оттирал с филармонических подмостков следы ненавистного напитка и потихоньку заливал тоску горькой. А пока он высматривал для своей дочери жениха, то прицениваясь к мужской части публики в бинокль, а то и бегая по рядам партера, бойкая Лизхен не только усадила своего суженого в золоченое отцовское кресло, но и под финальные аккорды завалила его на разваленные по авансцене мешки с кофе (легкие фрейдистские мотивы, как оказалось, Иоганну Себастьяну Баху очень к лицу).
Трудно припомнить, когда нечто подобное устраивалось на нашей филармонической сцене. Столь же нелегко представить, чтобы кто-то из местных инструментальных коллективов выдавал такое качество игры. Инструменты ведь те же самые, но чтобы в отечественном камерном оркестре музыка жила с такой непринужденностью и отчетливостью — такого просто не бывает. Кофе им, что ли, выпить, да только вряд ли поможет.
Фото с сайта www.combattimentoconsort.com
| |||
