Ему, кстати, выпала особая честь открывать и закрывать этот «парад», что он и сделал плачами Эгисфа Кавалли и Орфея Монтеверди. Да так, что можно подумать, будто гигант тенорового мейнстрима всю жизнь занимался recitar cantando XVII века. Заслуга в этом, конечно же, этой «шаманки» Аим, которая с подобающей лёгкостью помещает вокал любого «происхождения» в координаты стиля и жанра. А он (итальянское раннебарочное lamento) делает альбом довольно цельным, несмотря на провокационную звёздную пестроту.