Прежде всего, оркестр исторических инструментов Musica Aeterna Ensemble. Коллектив создан на базе Новосибирского театра оперы и балета, что, кстати, впервые в мире. А вместе с ним и целая школа исполнительства, основанная на его, Курентзиса, оригинальной «рецептуре». Она, конечно, содержит его собственные воззрения на историческое исполнительство, в которых большое внимание уделено всему контексту культуры времени создания произведения. Своих музыкантов Курентзис, если надо, может заставить и Рильке штудировать, и пластике барочного поведения научить. А его собственная дирижёрская пластика завораживает. Гигантские руки манят взмахом крыльев, и часть публики стонет от восторга. Правда другая часть, что в первых рядах, жалуется, что Курентзис слишком часто притоптывает ногами и слишком громко декламирует текст, но всё же это ему прощает. Срабатывает обаяние, харизма и вера в интеллект дирижёра, многое раскапывающего в этом тексте. Образ привлёк знаменитого соотечественника и тёзку Курентзиса Ангелопулоса, который мечтает снять его в своём новом фильме. Но Курентзис оказался влюблённым не только в себя, но и в своё детище, потому, узнав об этом, сказал, что готов сниматься только с Musica Aeterna Ensemble. Правда, дирижирует и другими оркестрами, но всякий раз подчёркивает свою любовь к родному коллективу.

Продюсерская компания Classica Viva свою стратегию выстроила оптически точно. Звёзды вокала мирового калибра плюс возлюбленный публикой дирижёр. Естественно, на роль последнего Курентзис подходит идеально, потому компания постоянно держит его под прицелом. Самые успешные проекты – с ним. «Орфей и Эвридика» Глюка с Анн Бонитатибус в заглавной партии, моцартовский «Дон Жуан» с восемью мировыми звёздами, «Золушка» Россини с той же неподражаемой Бонитатибус – все эти концертные исполнения опер собирали полные залы. На сей раз, 25 июня, компания представила концерт «Сокровища барокко». Не опера, но отдельные оперные арии-шедевры Генделя и Вивальди. Каждому композитору – отделение, а в результате получилось интересное сопоставление двух гигантов барокко с разными векторами музыкального мышления. Курентзис дирижировал своим любимым Musica Aeterna Ensemble, да и певцов ему «подогнали» практически под заказ. Кристоф Дюмо – контратенор из новейшей талантливой поросли, с ярко выраженным оперным типом вокала. Симона Кермес – немецкое сопрано, уже состоявшаяся звезда мирового уровня, причём сейчас она, пожалуй, на пике славы. Всем памятно её блистательное исполнение партии Донны Анны в Москве год назад. Её и маэстро оценил, запись «Дидоны и Энея» Пёрселла с Кермес в главной партии Дидоны уже готовится. С Курентзисом можно согласиться – Кермес, действительно, обладает поразительной культурой вокала и чувством стиля. В сочетании с незаурядной техникой истинно барочного произнесения музыки Кермес добивается удивительных эффектов, которые публика сумела оценить. Разность характеров и музыкально-архитектурных построений арий Генделя и Вивальди обнаруживалась легко и живо иллюстрировала стилистическое богатство барокко. В первом, генделевском отделении концерта, маэстро, кажется, был настолько под впечатлением от Кермес, что невольно ретушировал свой оркестр. Во втором, вивальдиевском «акте» оркестр «проснулся» и стал равноправным участником действия, как ему и положено по законам барокко. При этом лично на меня Кермес оказала нисколько не меньшее впечатление, чем Бартоли, благо повод для сравнивания был подходящий – программа арий из опер Вивальди. А что касается культуры вокального интонирования, то Кермес Бартоли просто, извините, переплюнула.

Концерт сопровождался невиданным аншлагом. И это знаменательно, ибо среди тех, кто вселяет некогда элитно-камерную музыку барокко в Большой Зал Консерватории, наряду с такими звёздами как Бартоли или Херревехе, есть и Курентзис. А он теперь свой. Прилетел на своих могучих крыльях, размахался ими, всем полюбился и остался.